—　Боишься? — 　захихикал Покран. — 　Ничего я с тобой не сделаю. Мне нужна лишь крохотная прядка твоих волос и несколько капель слюны.

Маев кивнула и распустила свои роскошные волосы. Колдун отделил тонкую прядь и срезал ее кинжалом. Затем он взял одну из плошек, сдул с нее пыль, протер рукавом, положил на нее волосы и что-то забормотал. Когда заклинание закончилось, он поджег прядь, и та вспыхнула ярким пламенем. Пламя погасло, оставив на плошке маленькую горку пепла. Старик повернулся к Маев:

—　Подойди, женщина, и плюнь на пепел. Только аккуратней, не испорти мои порошки и травы.

Капелька слюны упала на самую верхушку горки, и на пепле образовался какой-то рисунок. Старик наклонился над ним и опять что-то заговорил вполголоса, потом удовлетворенно кивнул и сказал:

—　У тебя родится сын. Но это будет не простой мальчик. Его ждет сложная и необычная судьба.

—　Какая судьба? — 　спросил Ниун. — 　Ты можешь предсказать судьбу моего сына?

—　Могу, — 　кивнул Покран. — 　Но не сейчас. Сначала придется поработать тебе.

—　Я принесу тебе еще козла.

—　Сам ты козел. Не нужен мне твой вонючий скот. Что я буду с ним делать? Ты изготовишь мне меч.

—　Меч? — 　удивился Ниун. — 　Зачем тебе меч, старик? С кем ты собрался воевать?

—　У тебя еще меньше мозгов, чем у бабы, — 　огрызнулся Покран. — 　Мальчик —　будущий воин. Всякий воин —　сын Крома, а значит, только с его помощью можно узнать судьбу твоего ребенка. Кром —　сам воин, и говорить со мной он будет только через меч.

—　Хорошо, — 　кивнул Ниун. — 　Через три дня у тебя будет любой меч, какой только пожелаешь. — 　Засунь свой меч… — 　начал колдун, но почему-то решил не продолжать. — 　Мне не нужны твои игрушки. Ты сделаешь мне другой клинок. Он должен быть тонким, узорчатым, резать волос на лету и сгибаться в кольцо.